Святогор

Силён и могуч богатырь Святогор; не только нет на свете такого человека, который бы с ним на бой вышел, сам Святогор не может совладать со своей силушкой; тяжело ему носить её в себе, чувствует, как силушка по жилам его бьётся, переливается. Вырос Святогор выше лесу стоячего, выпрямится – достаёт до облака ходячего; земля колеблется – моря из берегов выливаются. Только и держат ещё на себе богатыря Святых гор утёсы каменные; они одни выносят на себе его мощь богатырскую.

Выехал однажды Святогор в раздолье – чистое поле и видит – идёт впереди него мужичок небольшой, невидный, идёт – не торопится, на плечах несёт сумочку перемётную.

— Постой немножко, — кричит Святогор мужичку вдогонку, — что за диво: еду, еду, а догнать тебя не могу!

Снял прохожий с плеч сумочку перемётную, положил её на землю, и приостановился.

Подъехал Святогор, спрашивает:

— А что лежит у тебя в сумочке?

— Подними, сам узнаешь, — отвечает прохожий.

Стал Святогор поднимать сумочку – а сумочка не шевельнётся, с земли не тронется, сколько ни старается над ней богатырь.

— Экое чудо! – говорит Святогор. – Сколько лет я скитался по свету, а не видал ни разу, чтобы нельзя было поднять, с места стронуть маленькой сумочки перемётной.

Слез Святогор с коня, схватил сумочку обеими руками, собрал всю свою диковинную силушку, приподнял сумочку выше колен и чувствует старый богатырь, что ушёл он по колена в землю, а по лицу не пот струится от натуги – кровь потекла богатырская.

Говорит Святогор прохожему:

— Добрый человек, скажи, не утаи, что у тебя в сумочке запрятано. Тяжко мне от моей силушки, одной рукой из земли дубы с корнями выворачиваю, а тут не могу поднять такой маленькой сумочки.

Отвечал прохожий:

— В сумке моей вся тяга земная спрятана; не под силу поднять всю земную тягу даже и тебе, старый Святогор.

— А как звать тебя, добрый молодец?

— Зовут меня Микулушка Селянинович.

И стал Святогор спрашивать у Микулушки:

— Скажи мне, молодой Микулушка Селянинович, как мне разузнать о судьбе своей?

— Поезжай-ка, богатырь, всё вперёд до распутья, а потом возьми влево к северным горам. Там у горы стоит под деревом кузница, увидишь в ней кузнеца: он тебе расскажет всю правду о судьбе твоей.

Поехал Святогор дорогой прямою; длился путь его три дня и три ночи; словно ветер нёс богатыря добрый конь, реки, моря перепрыгивал, широкие долины перескакивал.

На третий день пути увидал Святогор кузницу и кузнеца. Куёт кузнец два тонких волоса; огромные мехи раздувает.

Стал Святогор спрашивать кузнеца:

— Что куёшь, добрый человек?

Отвечает кузнец:

— Я кую судьбу: кому на ком жениться. Есть и для тебя суженая, живёт она в царстве Поморском, в престольном городе; только вот уже тридцать лет, как лежит больная красная девица, не встаёт с постели.

Не понравилось Святогору это предсказание. «Поеду я в Поморское царство, — думает себе богатырь, — да убью свою суженую; тогда не надо будет и жениться».

Задумано – сделано. Нашёл Святогор свою суженную; лежит красная девица в бедной избёнке, всеми покинута; вся корой обросла безобразной, двинуться не в силах.

Ударил Святогор девицу своей силою, да тут же сам и запечалился. Оставил на столе пятьсот рублей, чтобы схоронили по чести его суженую, да и прочь ушёл.

А девица очнулась от богатырского удара, посмотрела на себя, подивилась; сошла с неё кора, и стала она красавицей невиданной, неслыханной; очи у ней как у сокола, брови соболиные, сама бела как снег, на щеках румянец, словно заря алая.

Нашла она на столе пятьсот рублей; обрадовалась, накупила товаров, завела торговлю, золотой казной разжилась; пустилась на корабле по морю синему, судьбы искать в странах заморских. Прошёл о ней слух по всей земле: куда ни приедет, весь народ сбегается смотреть на красоту её неописанную. Приехала она к Святым горам, сам Святогор вышел на неё полюбоваться.

«Вот такую красавицу взял бы я за себя замуж!» — думает богатырь.

И девице Святогор полюбился. Сосватались они тут да и поженились. Рассказала однажды Святогору жена молодая о своей прежней жизни: как она больная лежала, как выздоровела, как заезжий богатырь денег ей оставил.

— Да ведь тот богатырь и был я сам! – сказал Святогор.

Подивились тут оба на судьбу свою, порадовались, что Бог их свёл; стали жить-поживать да добра наживать.