Отчего перевелись витязи на Руси

Однажды на закате солнца выехало на Сафать-реку семеро русских богатырей, названых братьев; был тут и Илья Муромец, и Добрыня, и Алёша Попович.

Видят богатыри перед собою широкое чистое поле, а среди поля вырос развесистый дуб, дуплистый, старый; около дуба сходятся три дороги: первая ведёт к Новгороду, вторая к старому Киеву, а третья к синему морю — последняя дорога широкая, прямая, только нельзя по ней ездить; уже три года, как заняли её разбойники-татары.

Остановились под дубом русские витязи, разложили тут шатёр полотняный, коней пустили на зелёный луг, а сами легли отдыхать. Поутру проснулся Добрыня с зарёю, чистой росой умылся, Господу Богу помолился и оглянулся кругом. Видит Добрыия — за Сафать-рекою стоит белый полотняный шатёр: залёг в нём злой татарин, не даёт проезду конному, не даёт дороги пешему.

Оседлал Добрыня своего доброго коня, положил потнички на потнички, войлочки на войлочки, а сверх всего на коврик надел черкасское седельце, взял своё оружие, сел на коня и ударил своего бурушку по крутым бёдрам: конь от земли отделился, перескочил на другой берег Сафать-реки.

Кричит Добрыня татарину:

— Выходи, злой татарин, со мной на честный бой!

Не два ветра в поле слетались, не две тучки в небе сходились: сходились, слетались два удалых витязя, сломались их острые копья, в куски рассыпались булатные мечи.

Сошли тогда витязи с коней, стали биться рукопашным боем; размахнулся Добрыня правой рукою, поскользнулась у него правая нога, упал Добрыня на сырую землю, и разрубил татарин грудь его белую, вынул из неё молодецкое, богатырское сердце.

Встал и Алёша, росой умылся, Богу помолился, вышел из шатра — видит: стоит у шатра конь Добрыни, стоит невесел, копытом землю роет, очи потупил, тоскует по хозяину.

Поскакал тогда Алёша к татарскому шатру, видит он — лежит Добрыня в чистом поле убитый; очи ясные закатились, опустились руки сильные, на груди запеклась богатырская кровь.

Кричит Алёша:

— Злой татарин-бусурманин! Выходи со мною на честный бой!

Отвечает татарин:

— Худо тебе, Алёша, бороться со мною, из твоего рода все в бою не крепки — не устоишь и ты!

— А ты, молодец, не хвались раньше времени, хвались потом, как одолеешь меня в бою.

Но в бою одолел Алёша татарина; уже заносит меч свой, чтобы срубить ему голову, как, откуда ни возьмись, прилетает чёрный ворон и говорит Алёше:

— Послушайся меня, добрый молодец, не убивай татарина; слетаю я за синее море, принесу тебе мёртвой и живой воды. Спрыснешь ты Добрыню мёртвой водой — срастётся его белое тело, спрыснешь живой — очнётся добрый молодец.

Послушался Алёша ворона. Принёс ворон живой и мёртвой воды, и ожил Добрыня, а татарина богатыри отпустили на волю.

Вот проснулся Илья Муромец, росой умылся, Богу помолился, оглянулся кругом, видит старый казак — на том берегу Сафать-реки собралась несметная татарская сила, столько силы, что ни на коне её не объехать, серым волком не обежать, чёрным вороном не облететь.

Закричал Илья громким голосом, собрал своих названых братьев; сбежались витязи, сели на добрых коней, все врубились в силу татарскую. Долго бились витязи и одолели татарскую силу: кого конём потоптали, кого мечом порубили, и разгорелось в богатырях молодецкое их сердце, расходились могучие руки; стали они похваляться:

— Одолели мы татарскую силу; руки у нас ещё не притомились, кони не утоптались!

И сказал тут Алёша безрассудное слово:

— Не только с татарской силой мы можем справиться, но справились бы и с нездешней силою, если б вышла против нас такая.

Не успел Алёша кончить своей речи, а сила небесная тут как тут; явилось двое воинов; лица у них светлые, как день. И говорят воины русским витязям:

— Давайте померяемся с вами силою, не смотрите на то, что нас двое, а вас семеро.

Не угадали витязи, кто явился перед ними, — как ударил Алёша одного воина с размаха по голове, разрубил его надвое и видит дивное диво: вместо одного — перед ним двое воинов; разрубил он обоих — и стало воинов четверо.

Кинулся в битву Добрыня; порубил воинов и видит чудное чудо: из каждого воина стало два.

Прискакал Илья Муромец, ринулись в битву и другие богатыри: чем больше рубят, тем больше прибывает у противников их силы; утомились тут у богатырей могучие руки, притоптались добрые кони.

Страх взял богатырей; в первый раз бросились они бежать от врага. Побежали укрыться в каменные горы, в тёмные пещеры. Только — неслыханное дело! Как подбежит к горе богатырь — так и окаменеет: и все до одного превратились могучие богатыри в белые горючие камушки.

И перевелись с тех пор витязи на святой Руси, только не замолкла, не потемнела их слава, и поют поныне деды внукам славные песни об их великих подвигах, о верной их службе Солнышку-князю и всему народу христианскому.