Песни о любви

* * *
Туманы мои темные, ничевохонько было,
Да сквозь эти туманы ничевохонько не видно.
Ой, да только виден было да один сыр дубочек,
Под которым было да я, красная девушка,
Да весь день я с милым простояла;
Я про все то, про все да с милым дружком говорила,
Одно тайное словечко сказать ему позабыла!
* * *
Ах вы ветры, ветры буйные,
Вы буйны ветры осенние,
Потяните вы с эту сторону,
С эту сторону, со восточную,
Отнесите вы к другу весточку,
Что нерадостную весть, печальную!
Как вечор-то мне, младешеньке,
Мне мало спалось, много виделось;
Не хорош-то мне сон привиделся:
Уж кабы у меня, у младешеньки,
На правой руке, на мизинчике,
Распаялся мой золот перстень,
Выкатался дорогой камень,
Расплеталася моя руса коса,
Выплеталася лента алая,
Лента алая, ярославская,
Подареньице друга милого,
Свет дородного доброго молодца.
* * *
На улице широкой, широкой,
На мураве зеленой, зеленой,
И кто ж у нас не женат, не женат,
И кто у нас холостой, холостой?
Василий свет — холостой, холостой,
Иванович — не женат, не женат,
Он бел лицом, кудреват;
На нем шапка соболья,
А в шапочке платочек,
Во платочку три узла:
Первый узел — василек,
Другой узел — маков цвет,
Третий узел — люб-трава.
Его девушки спросили:
«На что ж тебе василек?» —
— «Чтоб я, младец, весел был.»
— «На что ж тебе маков цвет?»
— «Чтоб я, младец, красен был.»
— «На что ж тебе люб-трава?» —
— «Чтоб девушки любили,
Молодушки хвалили,
На высок терем водили,
Пивцом-винцом поили,
Калачами кормили!»
* * *
Я по цветикам ходила,
Я по маленьким гуляла,
Алый цветочек искала;
Не нашла цветка такого
Сопротив дружка милаго.
Мой миленький хорош,
Чернобров, душа, пригож.
Он любовь ко мне принес,
Да и подарок дорогой —
С руки перстень золотой
На мизинец на правой.
Люди бают-говорят,
Любить друга не велят.
Я людей-то не слушаю,
Люблю друга всей душой.
* * *
Уж на что ж это за месяц —
Ночью светит, а днем нет?
И на что это за милый —
Вечер любит, другой нет?
Походочка его у сердечка моего,
Поговорка его у ретивого мово.
Мил на ножку ступаи,
Ума-разума пытаи,
Мил за ручку крепко жмет,
Поцалуя себе ждет.
* * *
Ты изюминка-ягодка,
Наливной сладкий яблочек,
Он по блюду катается,
Сахаром рассыпается,
Молодцом называется.
Разудал добрый молодец
Что Иван-то Иванович,
У него кудри русые,
Что на каждой кудриночке
По златой бисериночке.
У него лицо белое,
Побелей снегу белого,
У него щёки алые,
Поалее маку алого.
* * *
Устиньюшка по горенке ходила,
Епистимовна по новой гуляла,
Миндальные орешки щелкала,
Скорлупку в окошечко кидала;
Макару в кудри попала,
Макаровичу в черные попала.
Уж он ли оглянулся,
А сам усмехнулся:
«Добро ж ты, Устиньюшка!
Добро ж ты, свет Епистимовна,
За твои ли я орешки
Отсмею тебе насмешки:
Не станешь над суженым смеяться,
Скорлупкою в него бросаться!»
* * *
Одна горка высоко, а другая низко,
Один милый далеко, а другой-то близко.
Уж я дальнаго милого в люди подарую;
А я ближняго милого сама разцелую.
У дальнаго милого — кони да коровы,
А у ближняго милого — черныя есть брови;
У того у далекого — все пустые ласки,
У сего у ближненького — черненькие глазки;
У того у далекого — все пустые бочки,
У сего у ближненького — аленькие щечки.
* * *
Девка в горенке сидела,
Сквозь околенку глядела,
Не работу работала, —
Гребнем голову чесала;
Не гребешком чесала —
Русу косу плела,
В гости милого ждала.
Что ль нейдет ли, не летит ли
Где мой миленький дружок?
Полем миленький летит,
Милый резвым ноженькам потаптывает,
Мил могучим плечом поворачивает,
Своим русым кудеречкам потряхивает.
Приди прямо, мой милой, ко мне,
По крылечку в высокой терем!
* * *
«Помилашечка моя,
Сделай уваженье!
Стану-буду к вам ходить
Кажно воскресенье,
На неделюшке два раз,
Все, хорошая, для вас!»
— «Ходи, милый, ходи, мой,
Ходи, хороший, дорогой!»
— «У вас поле каменисто,
Через речку моста нет!»
— «Ходи, милый, ходи, мой,
Ходи, хороший, дорогой!
Мы полюшко расчистим,
Через речку мост смостим!
Ходи, милый, ходи, мой,
Ходи, хороший, дорогой!»
* * *
Ой ты, зимушка-зима,
Непогожая была,
Все метелица мела!
Замела пути-дорожки —
Нельзя к милому пойтить!
А я улицею —
Серой утицею,
Через черную грязь —
Перепелицею,
На высок терем взойду —
Красной девицею.
* * *
Я по бережку ходила,
Я по крутому гуляла,
На горюч камень ступила,
Черевичек проломила,
Бел чулочек обмочила.
Я на милого взглянула,
Тяжелешенько вздохнула:
«Ах ты, миленький дружок,
Не гляди, друг, на меня,
Не пойду я за тебя!»
— «И я рад бы не глядел,
Да глаза мои глядят!
Хоть отца-мать прогневлю,
Да тебя, друга, люблю;
Хоть мне от дому отстать,
Да тебя, друга, достать!»
* * *
Соловей мой, соловей, соловушко молодой!
Не летай ты, соловей, во зеленый сад гулять,
Не садись ты, соловей, в зеленом моем саду,
В зеленом моем саду, на ракитовом кусту,
Не пой рано на заре, не трави ты сердце мне!
И так тошно молодцу, сам не знаю, почему;
Коли знать, так все по ней, по сударушке моей.
Ах, кого бы мне нанять, за сударушкой послать?
Коли стараго нанять — греха на душу принять:
До неё стар не дойдет, во дорожке пропадет;
Коли малого нанять, — мал не знает, что сказать;
Коли ровнюшку нанять, — ровня любит сам гулять.
Уж как знать-то молодцу подниматься самому,
Подниматься самому по сударушку свою!
* * *
Что болит-шумит буйная голова,
Не глядят на свет веселые глаза,
Что не видят глаза с неба солнечных лучей.
Из лучей-таки, лучей туманчик выпадал,
А из того тумана частый мелкий дождь пошел;
Он прибил-примял всю шелковую траву.
Сено тут косила красна девица душа.
По прокосьицу у ней добрый молодец идет.
— «Тебе Бог помочь, душа девица!»
— «Поди мне на помочь, душа добрый молодец!»
— «Не сечет у тебя булатная коса,
Притомилась ты, душа девица!
Помогу я тебе, свет-сударушка,
Разуважу тебя, государыня!
Не плачь, не горюй, душа девица!
Не тужи, не скорби ты, хорошая!
Положись ты на меня, на удаль молодецкую!»
* * *
Во лугах, лугах, лужочках,
Во зеленых во лугах
Разливалася вода,
Расстилалася трава,
Да расцветали всё цветы,
Да расцветали всё цветы.
Да там девушки хороши.
Одна девка лучше всех,
В хоровод гулять пошла
Да молодцу сердце зажгла.
— «Как по имени зовут?»
— «Моё имя — Катерина,
Московского купца дочь.
Отходи, молодчик, прочь!
Говорить с тобой невмочь».
— «Хоть ни слова не скажу,
А всю ночку простою;
Всю ночку простою,
На милую погляжу».
* * *
Ты берёза моя берёзонька!
Ты кудрявая моя, моложавая!
На горе ты стоишь, на всей красоте,
На тебе ли, березоньке,
Всё листья бумажные,
Под тобой ли, берёзонькой,
Травка шелковая.
Что косил эту траву добрый молодец,
Что гребла эту травку красна девица,
Красна девица, дочь купеческа.
* * *
По улице мостовой,
По широкой столбовой,
По широкой столбовой
Шла девица за водой.
За ней парень молодой,
Кричит: «Девица, постой,
Красавица, подожди!
Пойдём вместе за водой
За холодной, ключевой».
— «Ах парень-паренёк,
Твой глупенький разумок!
Не кричи во весь народ,
Мой батюшка у ворот;
Зовёт меня в огород
Чесноку, луку полоть.
И я в праву руку лук,
А во левую чеснок.
Я по цветикам пойду,
По лазоревым гулять,
По лазоревым гулять,
Цвета алого искать.
Не нашла цвета ала
Супротив дружка мила.
Ах, мой миленький хорош,
Чернобров, душа, пригож,
Чернобров, душа, пригож,
Мне подарочек принёс,
Подарочек дорогой,
С руки перстень золотой.
Мне не дорог твой подарок —
Дорога твоя любовь.
Не хочу перстня носить,
Хочу так дружка любить.
Ты куда, надёжа-друг,
Собираешься куда?
Собирался мой милой,
Собирался дорогой
Что на Волгу на реку,
На крутой на бережёк,
На крутой на бережёк,
Он на жёлтенький песок.
Уж я по воду пойду,
На крутой берег взойду,
Туда-сюда погляжу.
Куда реченька бежит?
Волга-реченька быстра —
Скоро судно пронесла».
* * *
Ты заря ли моя, зоренька,
Ты заря моя вечерняя,
Ты игра наша весёлая!
Поиграйте, девушки,
Поколь весело у батюшки,
У родимой своей матушки!
Неравно-то замуж выйдется,
Неравен-то черт навернется:
Либо старый удушливый,
Либо младый, но невзрачный,
Либо ровнюшка хорошая!
Я бы старого утешила:
Среди поля повесила,
Я на зорьку на осинушку,
Я на самую вершинушку,
Чёрным воронам на граянье,
Дорым людям на дивованье!
Я бы младого утешила:
Под кроватку спать забросила!
Я бы ровню уважила:
По охоте его делала,
По приказу исполняла всё!
* * *
Долина ль ты моя, долинушка,
Долина ль ты широкая!
На той ли на долине
Вырастала калина,
На той ли на калине
Кукушка вскуковала.
— «Ты об чем, моя кукушечка,
Об чем кукуешь?
Ты об чем, моя горемычная,
Об чем горюешь?»
— «Уж и как же мне, кукушечке,
Как не куковати?
— «Уж и как же мне, горемычной,
Как не горевати?
Один был зеленый сад,
И тот засыхает,
Один был у меня милый друг,
И тот отъезжает,
Одное меня, младешеньку,
Одное меня покидает!»
* * *
«Капитанская дочь, не ходи гулять в полночь,
Не ходи гулять в полночь, не прокладывай следов,
Не прокладывай следов мимо моего двора!
Как у моего двора приукатана гора,
Приукатана, углажена, водою улита,
И водою улита, чеботами убита».
И я скок на ледок, подломился каблучок,
Подломился каблучок, я упала на бочок,
Я упала на бочок. Погляжу, млада, лежу,
Погляжу, млада, лежу, я на правом на боку.
Уж я глядь-поглядь — меня некому поднять.
Со гостиннаго двора идет купчик молодой,
Идет купчик молодой, не женатый, холостой.
Я не знала, как назвать, поучилася солгать,
Поучилась, как солгать, я Павлушею назвать:
«Павлушенька душенька, сердце-радость, подыми!»
— «Ах, я рад, душа, поднять, — со сторон люди глядят,
Со стороны люди глядят, поимать с тобой хотят!
Поведут тебя рядами, меня — лавочками,
Тебя станут бить батожьем, меня — палочками,
Меня палочками, перед лавочками!»
* * *
Волга-матушка родимая течет,
Друга милого, касатика несет;
Вниз красивая расшивушка плывет,
Дорогой товар нарядная несет.
Подбодрился мой хороший, дорогой,
Словно гоголь над кормой:
Кудри шелковы по плечикам бегут,
Ясны оченьки расшиву стерегут,
Друга милого путина далека,
Разделила нас широкая река.
Друга милого путина далека,
Не оставила следа широкая река.
Только струйка малая ко бережку бежит,
Как слеза моя, колышется-дрожит;
Растворю тесовые ворота я на двор,
Выйду рано я на утренней заре,
В синю далюшку туманну погляжу,
Друга милого хоть сердцем провожу.
* * *
Ты молоденький молодчик молодой,
Моему сердцу на свете дорогой!
Ты не стой, не дожидайся, милый мой!
Уж и так-то мне тошнехонько житье,
Уж и так-то мне грустнехонько, младой!
Не велят-то на крылечке мне стоять,
Не велят-то мне оттуда тебя ждать!
Я пойду с горя в зеленый сад гулять,
Посмотрю ли я на милого дружка,
Хоть на время облегчу свою тоску.
* * *
Туманно красно солнышко, туманно.
Что в тумане красного солнышка не видно.
Кручинна красная девица, печальна;
Никто её кручинушки не знает:
Ни батюшка, ни матушка родные,
Ни белая голубушка сестрица.
Печальна душа красна девица, печальна,
Не можешь ты злу горю пособити,
Не можешь ты мила друга забыти
Ни денною порою, ни ночною,
Ни утренней зарёю, ни вечерней.
В тоске своей возговорит девица:
«Я в те поры мила друга забуду,
Когда подломятся мои скорые ноги,
Когда опустятся мои скорые руки,
Засыплются глаза мои песками,
Закроются белы груди досками!»
* * *
Как бы я знала, млада, ведала
Неприятство друга милого,
Нелюбовь друга сердечного, —
Не сидела бы поздо вечером,
Я не жгла б свечи воску ярого,
Не ждала бы я друга милого,
Не топила бы красного золота,
Не лила бы я золота перстня,
И не тратила бы я золотой казны.
Я слила бы себе крылушки,
Полетела бы я на иной город,
Что искать себе друга милого;
И я села бы среди площади,
И я стала бы клич кликати:
Кто бы стал со мной советати,
Как бы мне позабыть друга милого.
Проклинала б я разлучника:
Разлучил меня с другом милым,
Со милым другом, со сердечным.
* * *
Ты, дуброва моя, дубровушка,
Ты, дуброва моя зеленая,
Ты к чему рано зашумела,
Приклонила ты свои ветви?
Из тебя ли, из дубровушки,
Мелки пташечки вон вылетали;
Одна пташечка оставалася —
Горемычная кокушечка.
Что кокует она и день и ночь;
Ни на малый час перемолку нет.
Жалобу творит кокушечка
На залетнаго яснаго сокола:
Разорил он ея тепло гнездо,
Разогнал ея малых детушек,
Малыхъ детушек кокунятушек,
Что по ельничку, по березничку,
По часту леску по орешничку.
Что во терем сидит девица,
Что во высоком сидит красная,
Под косящатым под окошечком;
Она плачет, какъ река льется,
Возрыдает, что ключи кипят.
Жалобу творит красна девица
На заезжаго добра молодца,
Что сманил он красну девицу,
Что от батюшки и от матушки,
И завез он красну девицу
На чужую дальну сторону,
На чужую дальну незнакомую,
Что завезши, хочет кинути.
* * *
Ой вы, ночи мои, ноченьки,
Ночи мои темныя!
Ой, да надоели вы мне,
Да вы, мои ноченьки,
Да вы мне надокучили!
Ой, да не могу-то я вас,
Мои ноченьки, проспать,
Да я, ноченьки, пролежать,
Пролежать я вас и продумать!
Хоть и уснется мне, да мне,
Младой-младешеньке,
Да мне все грустнется,
Младой-то мне во сне много видится:
Будто мой терем растворен стоит,
Да все окошечки в терему,
Да они все распечатаны,
Да все форточки приподняты;
Будто мой-то милой,
Он предо мною стоит,
Да жмет мои руки белыя,
Да целует уста сахарныя.
От сна-то я, млада, пробужалася,
Да от страха-то я перепужалася….
«Не пужайся меня, моя любезная!
Я не вор к тебе пришел,
Да я не разбойничек,
Я пришел к тебе посоветоваться:
Что жениться мне, аль не жениться?»
— «Ой, да ты женись, только не ошибись:
Неровня-то жена навяжется,
Ни продать-то ея, ни променять,
Все ни так ее отдать!»
* * *
Вострепенется сокол, на дубу сидючи:
Как расплачется девица, во терему сидючи:
«Не давай, сударь батюшка, замуж за Волгу-реку,
Государыня матушка, ты меня за волжанина!
Как захочется, батюшка, мне у тебя побывать,
Государыня матушка, мне у тебя погостить,
Я на Волгу приду, — я суденца не найду,
Хотя суденце найду, — весельца не сыщу,
Хотя весельце сыщу, — я гребца не найму,
Хоть гребца я найму, — Волга-река протечет,
А меня, младешеньку, вниз по реке понесет!…
Ах ты, свет же мой красный день, уж мне тебя не видать!
Ты, надежа сердечный друг, мне у тебя не бывать!
Я пойду, молоденька, во зеленые луга;
Закричу, млада, громко, то-то мне злая беда:
Ах вы, лютые звери, сбирайтеся ко мне,
Вот вам сладкая пища, — терзайте меня,
Хоть едино оставьте ретивое сердце,
Вы отдайте милу другу во белыя руки!
Ах, пускай мил посмотрит, как я его любила…»
* * *
— Полно, солнышко, из-за лесу светить,
Полно, красное, в саду яблони сушить!
Полно, девица, по милом те тужить!
— «Ах, да как же мне не плакать, не тужить?
Мне вовек дружка такого не нажить!
Ростом и пригожеством-красотой,
Всей поступкой молодецкой чистотой».
Бела зорька мне в окошечко взошла,
Все утехи, все забавы принесла,
Ко мне Машенька сама в гости пришла,
В окошечко праву ручку подала,
Подав ручку, уверяла молодца,
Да, уверевши, чернобровым назвала:
— Чернобровый, ненаглядный, милый мой
Нам недолго в любви пожить с тобой
Тебя, молодца, женить ноне хотят
А мне, девице, замужеством грозят!
Тебя женят, меня замуж отдадут!
Ты поедешь ко венчанию с иной —
Заезжай, милый, проститься ты со мной
При пращанье я колечко подарю».
* * *
Выйду я на море,
Там душенька мой,
Судно голубое,
Прекрасный убор,
Зеленые весельца
Держал над собой.
Гулял мой милый
Во зеленом саду;
С любушкой сошелся,
«Здравствуй» не сказал;
Другой раз сошелся,
Шапочки не снял.
Не смейся, мой милый,
В глаза надо мной,
Бог тебя накажет
Несчастной судьбой —
Немилой женой!
* * *
Ах, как тошно мне, тошненько нынешний годочек,
А еще того тошне этот мне денечек!
Не пила бы я, не ела, на мила глядела,
Не спала б я, не дремала: совет советала,
Совет, совет советала со милым дружечком:
Поживем, моя надежа, в любви хорошенько,
В любви, в любви хорошенько, хоть един годочек;
Нам покажется годочек за един денечек!
— И я рад бы с тобой жити, — лихи на нас люди,
Лихи, лихи на нас люди, ближние соседи:
Безпрестанно на нас смотрят, а все примечают,
И батюшке, и матушке на нас намучают…
Будто я, млада-младенька, вставала раненько,
По утру рано вставала, друга провожала,
На крылечушке стояла, платочком махала,
Я платочком-то махала, чтоб мил воротилси.
Воротись, моя надежа, воротися, сердце!
Не воротишься, надежа, хотя оглянися!
Слышно, слышно, моя радость, хочешь ты жениться.
Как поедешь ты венчаться, заезжай прощаться;
Ты возьми тоску-кручину с меня, молоденьки,
Заплети тоску-кручину добру коню в гриву,
Ты размыч мою кручину по чистому полю!
Обратись, моя кручина, травой-муравою,
Травой, травой-муравою, алыми цветами!
Ах, как все цветы аленьки, один поалее,
Один, один поалее — аленький цветочек.
Хотя все друзья мне милы, один помилее,
Один, один помилее — миленький дружочек.
* * *
Уродилася сильна ягода в бору;
Заблудилася красна девица во лесу;
Заблудившись, путь-дорожку не нашла.
Выходила на крутенький бережок,
Садилася под ракитовый кусток,
Разстилала бел-муравчатый платок,
Становила сладкой водки полуштоф,
На закуску сладких яблоков пяток.
Выходивши на крутенький бережок,
Закричала громким голосом она:
«Перевощик, перевощик молодой,
Перевези ты меня на ту сторону домой!»
— «Перевоз мой, перевоз мой очень дорогой.»
— «Что ты хочешь, что ты хочешь, то с меня бери.»
— «Мне не надо, мне не надо твоего ничего,
Только надо: поди замуж за меня!»
— «В этом воля не моя, воля батюшкина,
Воля батюшки, воля матушки моей…»
* * *
Заболело мое сердечушко, заболело ретивое.
Полюбил парень девонюшку,
Любил, да и сам покинул.
На что ты меня покидаешь?
Разве чего знаешь, знаешь, замечаешь?
Во путь узжаешь;
Путь-дорожка несчастлива…
В дома остаюся, горя наберуся.
Я со этого со горя сяду под оконко,
На лавочку, подопруся.
Где мой милый едетъ?
Со которой сторонушки дует ветерок?
Со ночной сторонушки мой милый идет.
Он идет-едет, как сокол летит;
По полечку едет, — песенки поет;
По деревне едет, — насвистывает;
По ограде едет, — нагаркивает;
По лесенке идет, — китайна шубонька пошумливает,
Серебряны пуговки побрякивают.
Он стукнулся-брякался во колечко, —
Мое возрадовалося сердечко: мой милый идет.
Я ждала тебя всю ноченьку,
Все лучинки присветила,
Огарочки завела, сама спать легла.

* * *
Нам не надо в чужие люди торопиться, —
Жить у батюшки дома хорошо.
В чужих людях поутру рано будят,
На работушку гонят с утра.
Мне чужая работа робить не по силам:
С той работы рученьки болят,
Болят рученьки по плечам,
Со сдыханья белая грудь болит,
Сердце бьется, печали предается,
Кого люблю, того дружочка жаль.
Жаль тошнехонько милого, сердечного,
Сердечного дружочка своего.
Куда скрылся, мой милый, удалился
На все летико теплое от меня,
На всю зиму, на весь кругленький годок?
На поминочки миленькой оставил
Со правой руки золото кольцо.
День до вечера колечеко носила,
В ночи в голову колечико клала.
Мне не спится, девчонушке, все манится —
Будто нет колечка в головах.
По утру ранешенько вставала,
Умывалася горючими слезами.
* * *
Цвели в поле цветики, да поблекли,
Любил меня миленький, да покинул,
Ох, спокинул, душа моя, ненадолго,
Ах, на малое времечко, ох на часочек.
Часочек мне кажется да за денечек,
Денёчек покажется за недельку.
Неделька покажется за май месяц.
* * *
Не вечерняя заря занималась, занималася заря,
Полуночная звезда высоко взошла, высоко звезда взошла.
Пора раздоброму молодцу с поля ехати домой.
Уж вы слуги мои, слуги мои верные,
Подайте мне тройку серопегих, серопегих лошадей!
Сяду я, раздобрый молодец, я поеду погулять!
Со всеми я, раздобрый молодец, со всеми простился;
С одной-то я не простился, со пути-дороженьки назад воротился.
Ты прощай-прости, прощай, разлюбезная, ты размилая моя!
* * *
При долинушке стояла,
Калину ломала,
В пучочки вязала,
На дорожки клала,
Приметы примечала,
Дружка ворочала:
«Воротися, моя радость,
Воротись, надежда!
Не воротишься, надежда,-
Хотя ж оглянися;
Не оглянешься, надежда,-
Махни черной шляпой,
Черной шляпой пуховою,
Правою рукою,
Лентой голубою!»
* * *
Не бушуйте вы, буйные ветры с вихрами,
Перестаньте бушевать вы, осенние!
Перестань тосковать ты, молодушка молодая,
Не тужи, не плачь ты, моя милая!
Не наполнить тебе сине море слезами,
Не возвратить мила друга словесами!
Я во сне другу милому кричала — он не слышит;
Правой рученькой махала — друг не видит;
Тяжелешенько вздохнула — друг оглянулся,
Он приподнял пухову шляпу, сам простился:
«Ты прости, моя милая, бог с тобою!
Оставайся, моя сударушка, поздорову,
Наживай себе мила друга иного!
Когда хуже наживешь, — воспомянешь,
Когда лучше наживешь, — позабудешь,
Вспомянувши, моя сударушка, заплачешь!»
Уж сколько мне, младой, ни жити,
Такого друга не нажити:
И ростом, и дородством-красотою,
И всей молодецкою поступкой,
Что пришел мне сердечный друг по мысли.
* * *
Не спала-то я, младешенька, не дремала,
Я не думала, младешенька, не гадала,
Со правой руки ясного сокола опускала.
Подымался млад ясен сокол выше лесу,
Выше лесу, выше зеленой дубровы;
Опускался млад ясен сокол на синее море;
Он садился, млад ясен сокол, на кораблик.
По кораблику гостиный сын гуляет,
В звончатые он гуселечки играет,
Он душу красну девицу утешает:
«Ты не плачь, не плачь, душа красна девица!
Наживай себе мила друга инаго!
Буде лучше меня найдешь — позабудешь;
Буде хуже меня найдешь, — воспомянешь,
Вспомянув меня, душа моя, заплачешь!»
* * *
Ты мой сизенький, мой беленький голубчик,
Ты к чему рано с тепла гнезда слетаешь,
На кого ты меня, голубушку, покидаешь?
Али я тебе, голубчик мой, не по мысли,
Не по твоему голубиному воркованью?
Ах ты, душечка удаленький молодчик,
Ты куда от меня, красной девицы, отъезжаешь,
На кого ты меня, красну девицу, покидаешь?
Али я тебе, мой милый друг, не по мысли,
Не по твоему молодецкому обычью?
* * *
Грушица, грушица моя,
Груша зеленая моя!
Под грушей светлица стоит,
Во светлице девица сидит,
Слезну речь говорит:
«Катись, месяц, за лес, не свети!
Восходи, красно солнце, не пеки!
Стань, мой сердечный, в памяти!
Полно глаза ты мне жечь
Полно из глаз слезы точить,
Полно бело лицо мочить;
Я и так много терплю,
Грусть превелику держу;
Грусть ко злодею отошлю:
Пусть злодей ведает и сам,
Сколь жить на свете тяжело
Без милого друга своего!
Пойду в зеленый сад гулять,
Сорву с грушицы цветок,
Совью на голову венок;
Пойду на быстрый на Дунай,
Стану на мелком берегу,
Брошу венок мой я в реку,
Погляжу в ту сторону —
Тонет ли, тонет ли венок?
Тужит ли, тужит ли дружок?
Не тонет мой аленький венок —
Не тужит мой миленький дружок!
Знать-то, иная у него,
Знать, он иную полюбил,
Знать-то, получше меня,
Знать то, повежливее,
Знать-то, поприветливее!»
* * *
Как по Питерской по дороженьке,
По Тверской-Ямской, по Коломенской
Едет мой милой, мил на троечке,
Мил на троечке с колокольчиком,
С колокольчиком, со бубенчиком.
Пишет мой милой ко мне грамотку,
Ко мне грамотку — весть нерадошну,
Весть не радошну — не пером писал,
Не пером писал, не чернилою,
Пишет мой милой да горючьми слезьми,
Горючьми слезьми молодецкими:
«Не сиди, Дуня, поздно вечером,
Поздно вечером под окошечком;
Ты не жги, не жги свечу сальную,
Свечу сальную, воску ярого.
Ты не жди, не жди дорога гостя,
Дорога гостя — дружка милого!
Я не гость пришел, не гоститися,
Я пришел к тебе доложитися:
Позволь, милая, мне женитися.» —
«Ты женись, женись, разбессовестный,
Ты возьми, возьми у соседа дочь,
У соседа дочь, подружку мою.» —
— «Мне подружку взять, — будешь гнев держать,
Уж мне взять ли, взять самою тебя,
Самою тебя, красну девицу.»
* * *
Вы молодчики молоденькие,
Дружки вы мои, вы мои!
Без огня моё сердце изожгли,
Без ветру мои мысли разнесли,
Разнесли мысли по чистым полям,
По чистым полям, по зелёным лугам.
Кабы мне волюшка от батюшки была дана,
Кабы нега мне от родной матушки была,
Не сидела б у окошка я одна,
Не лежала б белой грудью на окне,
Не роняла б горьки слёзы за окно,
Не смотрела б в путь-дорожку далеко,
Не ждала бы друга милого мово.
* * *
Сторона ль моя, сторонушка,
Незнакомая здешняя!
На тебе, моя сторонушка,
Нетуть милого дружка,
На тебе ль, моя сторонушка,
Нету друга моего,
Нету друга, нет подружки,
Нетуть матушки родной.
* * *
Можно, можно по рощице разгуляться,
Тоску-скуку свою разогнать.
Как пойду я, девушка, на речушку,
Сяду я, млада, на крут бережку.
Не сама я, девушка, сидела,
Увидела свою тень на воде,
«Ох, тень моя, тень пустая,
Тень холодная, как в реке вода,
Ох, ты не видела, тень моя пустая,
Чи не видела здесь ты никого?»
Говорила речка, отвечала:
«Здесь проехал твой милый дружок
На своему вороному коню».
Стану, млада, да домой пойду,
Своего дружка назад сворочу:
«Воротися, мой милый дружочек,
На широкий да на мой двор.
Пускай коня у конюшеньку,
А сам ступай ко мне в дом.»
— «Ох, как я завтра отъезжаю
В славный город Петербург.»
* * *
«О чём ты, Машенька, плачешь,
О чём ты слёзы льёшь?»
— «Уж как-то мне не плакать,
Горьких слёз не ронить?
Один был сад да зелёный,
И тот стал подсыхать,
Один был друг любезный,
И тот стал покидать!
Уж я птичкою быть желаю,
Везде чтобы летать;
Я за тем бы я полетела,
За тем, кого мне жаль;
Я всё про всё узнаю,
Я не буду тосковать.»
* * *
Комарики спят,
А я, девушка, не уснула ни на час.
На белой заре приуснула с полчаса;
Я увидела своего милого во сне,
Будто мой милый отъезжает далеко,
Меня, девушку, спокидает одное,
Как кукушечку во сырыим во бору,
Меня, девушку, во высоком терему.
Мимо терема дороженька лежала.
Как по этою дороженьке ямска тройка бежала;
На ямской тройке мой размиленький сидит,
Разунывную с горя песенку поет,
Ко мне, девушке, в терем голос подает.
* * *
Я вечор, вечор, красна девица, во пиру была,
Я во честной, во смиренной во беседушке;
Я сидела, красна девица, с добрым молодцом.
Молодец меня, красну девицу, уговаривал:
«Я люблю тебя, красна девица, как душу свою;
Не могу на тебя, красна девица, наглядетися,
Что на летнее красное солнышко, на меженнее.
Что одним тебя, красна девица, не жалую,
Что летает к тебе млад ясен сокол —
По-частехоньку гуляет к тебе млад гостинный сын,
Без разсчету он к тебе носит золоту казну.
Я боюсь тебя, красна девица, как лютой змеи,
Я боюсь тебя, красна девица, изведешь меня:
Пропадет-то моя головушка не за денежку,
Наваляется тело белое по чисту полю.»
* * *
Как во городе во Санкт-Питере,
Что на матушке на Неве-реке,
На Васильевском славном острове,
Как на пристани корабельные
Молодой матрос корабли снастил,
О двенадцати тонких парусах,
Тонких, белыих, полотняныих.
Что из высока нова терема
Из косящатого окошечка
Из хрустальные из оконеньки
Усмотрела тут красна девица,
Красна девица, дочь отецкая;
Усмотрев, выходила на берег,
На Неву-реку воду черпати.
Почерпнувши, ведры поставила;
Что поставивши, слово молвила:
«Ах ты душечка, молодой матрос,
Ты зачем рано корабли снастишь
О двенадцати тонких парусов
Тонких, белыих, полотняныих?»
Как ответ держит добрый молодец,
Добрый молодец, молодой матрос:
«Ах ты гой еси, красна девица,
Красна девица, дочь отецкая!
Не своей волей корабли снащу —
По указу ли государеву,
По приказу адмиральскому».
Подняла ведра красна девица,
Поднявши, сама ко двору пошла.
Из-под каменя из-под белого,
Из-под кустичка из-под ракитова
Не огонь горит, не смола кипит —
Что кипит сердце молодецкое,
Не по батюшке, не по матушке,
Не по братце, не по родной сестре,
Но по душечке красной девушке.
Перепала ли ему весточку:
Красна девица немощна лежит;
После весточки скоро грамотка:
Красна девица переставилась.
Я пойду теперь на конюший двор,
Я возьму коня что ни лучшего,
Что ни лучшего, само доброго,
Я поеду ли ко божьей церкви,
Привожу коня к колоколенке,
Сам ударюся об сыру землю.
Расступися ты, мать сыра-земля,
И раскройся ты, гробова доска,
Развернися ты, золота парча,
Пробудися ты, красна девица,
Ты простись со мной, с добрым молодцем,
С добрым молодцем, с другом милыим,
С твоим верным полюбовником!
* * *
Куда мне, красной девице, от горя бежать?
Пойду от горя в темный лес —
За мной горе с топором бежит:
«Срублю, срублю сыры боры,
Сыщу-найду красну девицу!»
Куда мне от горя бежать?
Бегу от горя в чисто поле —
За мной горе с косой бежит:
«Скошу, скошу чисто поле,
Сыщу-найду красну девицу!»
Куда ж мне от горя бежать?
Я от горя брошусь в сине море —
За мной горе белой рыбицей:
«Выпью, выпью сине море,
Сыщу-найду красну девицу!»
Куда ж мне от горя бежать?
Я от горя замуж уйду —
За мной горе в приданое;
Я от горя в постелюшку слегла —
У меня горе в головах сидит;
Я от горя в сыру землю пошла —
За мной горе с лопатой идет;
Стоит горе, выхваляется:
«Вогнало, вогнало, я девицу в сыру землю!»
* * *
Ах, матушка, тошно мне – голова болит,
Сударыня, грустно мне – сердечко ноет…
Болит моя головушка – не знаю, как быть.
Сяду я на лавочку, погляжу в окно,
Погляжу ль в окошечко – на улице дождь.
На улице дождичек, во поле туман.
Во поле большой туман – туман затуманился;
А мой-то любезный друг припечалился,
Припечалился, душа моя, призадумался,
Вечор – вечор милый друг у девушек был,
У девушек был, про меня забыл.
Привел с собой душечку он лучше меня,
Забыл совсем, милый друг, забыл про меня…
* * *
Что цвели-то, цвели в поле цветики,
Цвели, да поблекли;
Что любил-то, любил парень девушку,
Любил, да покинул,
Что, покинувши парень красну девицу
В глаза насмеялся,
Обесчестил-то парень красну девицу
При всём при народе,
Что он снял-то, сорвал с красной девицы
Шолковый платочек,
Что зажил-то, зажил парень у красной девицы
Золот перстенечик.
Что по городу было, по городу Саратову
Девица гуляла,
Гербовой-то она лист бумаженьки,
Листок покупала,
Молодого себе писаря писать нанимала,
Астраханскому она — она губернатору
Просьбу подавала:
«Уж ты батюшка ли ты, князь-губернатор,
Прими мою просьбу;
Ты судит-ка, суди ты нас, астраханский князь,
Суди по закону».
— «Не напрасно ли ты, красная девушка,
На молодца просишь?»
Что сама ль, ты сама — сама красна девица,
Сама виновата.
Без зари ль то, зари-зари красно солнышко,
Солнышко не всходит,
Без прилуки-то добрый молодец
К девушке не ходит».
* * *
Красная девица по бережку гуляла,
Самоцветные каменья выбирала,
Она камышек о камень разбивала;
Идучи, млада словечушко сказала:
«Не по всяком самоцветномъ камне искра,
Не во всяком добром молодце есть правда;
Он любил меня, девицу, да покинул,
Красоте моей девичьей насмеялся».
Не ясен сокол по табунам летает, —
Добрый молодец по насаду гуляет,
Сам, душа моя, во скрипочку играет,
Все душу красну девицу утешаетъ:
«Ты не плачь, не плачь, душа красна девица!
Я сошью тебе серебряну самару,
Уберу твою головушку всю в крону,
С дорогими-то каменьям с бриллиантам;
На праву руку солью я золот перстень,
Что со дорогим со камнем с изумрудом!»
Как что возговорит душа красна девица:
«Мне не дороги твои, сударь, подарки,
Дорога твоя, сердечный друг, насмешка,
Что любил меня, девицу, да покинул,
Красоте моей девичьей насмеялся»
* * *
Уж как полно, моя сударушка, тужить-плакать!
Не наполнить тебе синя моря слезами,
Не утешить тебе мила друга словесами!
Говорила я милу другу, говорила,
Я в упрос мила друга просила:
Не женися ты, мой милый другъ, не женися!
Не послушался душа моя, женился;
Он присыпал к сердцу бедному печали,
Он и налил мои ясны очи слезами,
Запечатал он уста мои кровью.
* * *
Купил мне-ка миленький две косынки голубых,
На белу на рученьку новый золотой перстень,
На белу на грудь мою цепочку, два кольца,
Круг сердца, круг моего семишелков поясок,
На белы на ноженьки мне бумажные чулки,
На чулочки башмачечки, козловые башмаки.
Принес мне-ка миленький целый узел пряников,
На закуску мне крупищатый пирог,
Еще мне-ка миленький сладкой водки полуштоф.
Разсердилась на миленькаго: косынки разорву,
С руки золотой перстень в окошко выброшу,
Я цепочку на колечки разолью,
Я колечки по подружкам раздарю;
Белы чулочки я на нитки распущу,
Я из ниточек перчаточки свяжу,
Разудалым молодцам перчатки подарю;
Я башмачки на стуле разсеку;
Сладки прянички ребятам раскормлю;
Сладку водку на ворота разолью;
Бел крупищатый пирог я старушкам раздаю.
* * *
— Ты гуляй, гуляй, душа милый друг,
Ты потуль гуляй, как не женишься;
Ах, ты женишься – переменишься,
Переменишься, друг, вспокаешься!
Ты возьмёшь себе молоду жену,
Молоду жену, змею лютую:
Из норы ползёт – озирается,
По песку ползёт – извивается,
По траве ползёт – мураву сушит.
* * *
«Конопля, конопля зеленая моя!
Что ж ты, конопля, невесело стоишь?»
— «Ах, как мне, конопле, веселой стоять?
Снизу меня, коноплю, водой подмыло,
Поперек меня, коноплю, бурей сломило,
Сверху коноплю воробьи клюют.
Девка, ты, девушка, девушка красная!
Что же ты, девушка, невесело сидишь?»
— «Ах, как мне, девушке, веселенькой быть?
Мой батюшка хочет замуж меня отдать,
А мачеха хочет в черницы постричь.
Мой батюшка пошел бояр собирать,
А мачеха пошла за игуменьею.»
Скрипнули ворота растворчатыя,
Брехнула собака борзая на цепи,
Мне чало — батюшка с боярами,
Ажной моя мачеха с игуменьею.
— «Садись, мое дитятко, на золотое стульце,
Расплетай, мое милое, русую косу!»
— «Пусти меня, матушка, на Дон погулять,
Белильца, румянца с лица посмывать!»
— «Смоешь, мое дитятко, горючей слезой,
Сотрешь, мое милое, пельчатым рукавом!»
* * *
Не по промыслу мальчишка заводы заводитъ,
Он заводушки заводит, трех девушекъ любитъ:
Перву Сашу во Казани, Машу в Ярославле,
Анюшеньку раздушеньку в Тоболь-городочке.
«Будетъ случай в Москву ехать, я куплю подарки:
Первой, Саше, — алу ленту, Маше — голубую,
Анюшеньке-раздушеньке — золото колечко!
Золото вито колечко — то мое сердечко».
* * *
Недозрелая-то калинушка
Ее нельзя заломать,
Не доросла красная девица
Ее нельзя замуж взять.
Милая да моя хорошая,
Ты постой, остановись!
— «Рада бы, радым-радешенька,
Да добры кони не стоят».
— «Милая да моя хорошая,
Хоть ты рученькой махни».
— «Рада бы, радым-радешенька,
Да рука-то у жениха».
— «Милая да моя хорошая,
Хоть ты глазыньком михни».
— «Рада бы, радым-радешенька.
Да все глазыньки-то во слезах».
— «Милая да моя хорошая,
Ты головушкой махни».
— «Рада бы, радым-радешенька,
Да на головушке венец».
* * *
Уж вечор-то я, добрый молодец,
У любушки был.
Сказала мне любушка
Нерадостну весть
Нерадостну весточку:
«Мил, отстать надо!
Отстань, отстань, миленький,
Отстань, вольный свет!
Женись, женись, миленький,
Женись, вольный свет!
Возьми, возьми, миленький,
Кого я велю:
Возьми, возьми, миленький,
У вдовиньки дочь:
У вдовиньки доченька,
Дочь Авдотьюшка.
Вспомни, вспомни, миленький,
Про прежнюю любовь:
Как мы с тобой, миленький,
Совыкалися,
Под белой березою
Расставалися.
На этом-то ме́стечке
Трава-ль не растет;
Растет, растет травонька,
Все цветы цветут,
Цветут, цветут цветики,
Все алеются,
Зеленая травонька
Зеленеется.
У мово дружка милова
Кудри в три ряда,
В три ряда кудерушки
По плечам лежат,
По плечам кудерушки, —
Жениться велят!
Женись, женись, миленький,
Женись, вольный свет!“
* * *
Рассыпалось ожерельице
По всему высоку терему.
Не собрать, не собрать жемчужок
Ни братцам, ясным соколам,
Ни сестрицам, белым лебедям.
Соберет, соберет жемчужок
Удалой добрый молодец,
Со душой красной девицей.
* * *
На речке на Клязьме купался бобёр,
Купался бобёр, купался черной;
Купался, купался, не выкупался,
На горку взошел, отряхивался,
Отряхивался, охорашивался.
Охотнички свищут, черна бобра ищут:
«Где бы нам найтить, его застрелить,
Его застрелить, с него кожу снять,
С него кожу снять, кунью шубу сшить,
Кунью шубу сшить, бобром обложить,
Бобром обложить, девку полюбить,
Девку полюбить, кунью шубу подарить».
* * *
Не бела заря в окошечко взошла,
Ко мне милая сама в гости пришла,
В окошечко белу руку подала,
А другою привечала молодца:
«Чернобровый, черноглазый милый мой,
Нам недолго во любви с тобой пожить,
Нам недолго во садике погулять!
Слышу, вижу, мил, несчастие твое,
Слышу, вижу, что женить дружка хотят!
Тебя женят, меня замуж отдадут.
Если женишься, — заезжай в гости ко мне:
На прощаньице я платочек подарю.»
* * *
Не ясен-то ли сокол,
Сокол по горам летал,
По горам сокол летал,
Что летал-то ли, летал,
Летал, лебедей искал,
Все лебедушек искал;
Что нашел-то ли, нашел
Стадо на синем море,
На крутеньком бережку.
Все лебедушки сидят,
Все сидят белешеньки,
Ровно беленький снежок.
Что одна-то ли лебедь,
Лебедь побелее всех,
Побелее лебедь всех,
Побелее-то лебедь,
Лебедь понарядливее,
Понарядливее,
Понарядливей лебедь,
Лебедь, посдогадливее,
Посдогадливее.
Из стада-стада перелетывала,
Перелетывала;
За собой-то ли стадо переманивала,
Переманивала;
На своего-то ли дружка
Часто взглядывала,
Часто взглядывала.